К вечеру затянувшие все небо тучи неожиданно разошлись, алый солнечный
диск, точно в перину, опускался в сгустившиеся туманы, что сливались у
горизонта с легкими, воздушными облачками. На багровом четко
вырисовывались острые черные вершины Лунных Гор. Наступал тот короткий
час в летние хоббитанские вечера, когда долгий день еще не до конца
уступил место сумеркам, однако очертания предметов уже приобрели
необъяснимую, таинственную расплывчатость: дерево предстает диковинным
зверем, куст – скорчившимся в три погибели гномом, а дальний лес
кажется прекрасным эльфийским замком. Даже вечерние крики петухов
становятся мягче и благозвучнее.