Он
вошёл в комнату, заскрипели отодвигаемые стулья, и на команду: "Встать!
Смирно!" собравшиеся за столом люди поднялись. Не вскочили, как они
делали на Кавказе, когда появлялся командующий, а именно поднялись. "Да. И это - офицеры! - Подумал новый командующий Одесским укреплённым районом. - Засиделись! Жиром обросли". Он окинул взором стоящих перед ним мужчин, пока заместитель представлял его присутствующим. "И стоят, как мешки с говном. Животы выпятили. Защитники родины!"
Генерал Свирский разрешил сесть и, глядя в стол, слушал, как опять
заскрипели стулья под устраивавшимися на них подчинёнными. "Разве так садятся военные на совещании у командующего? Распустились!"
Зам начал представлять ему присутствующих, и он стал пристально
вглядываться в лица каждого из них, и это зрелище ему не понравилось.
На него смотрели так, как, наверное, поглядывали на губернатора на
совещаниях в мирное время. Мол, "говори тут, говори, а мы послушаем". А
сейчас идёт война. И на войне не сотрудники, а подчинённые. И не
обсуждают вопросы, а выслушивают приказы. Поэтому взгляд у подчинённых
на начальника должен быть другой. Военный.